Пыль на дороге - Петр Тушнолобов

Когда он пришёл ко мне в общежитие, я уже дружила с парнем, и он собирался на мне жениться. Ванечка был в каком-то синем джинсовом костюме из очень плохой ткани. Лицо прыщавое и недовольное. Он загрузил меня своими идиотическими фантазиями, которые я не поняла. То, что он говорил, мне не нравилось. Ваня продолжал витать в своих детских романтических снах. Мы сухо расстались и больше не встречались.

С тех пор прошло двадцать семь лет. Я женат, у меня два взрослых сына. Работаю преподавателем в вузе. Как-то вечером, когда я сидел у телевизора и смотрел фильм, раздался телефонный звонок и грудной девичий голос из моего прошлого спросил:

– Это квартира Смирновых? Нельзя ли пригласить к телефону Ивана?

– Да. Я слушаю.

– С вами говорит Галя Белошенко. Ну, помните, мы учились в одной школе?

– Конечно, как же, Галя! Как ты меня нашла?

– Твоя одноклассница из нашего села дала мне твой номер телефона. Она работает с тобой на одной кафедре. А мы с ней встретились на дне рождения у наших общих знакомых.

– Ну, как ты? Где живёшь? Замужем? Есть ли дети? – как из пулемёта затараторил я.

– Замужем. Две дочери. Одна собирается поступать в аспирантуру. Ты не подскажешь, что это такое, что для этого нужно и куда следует обращаться?

Я подробно, в течение часа, консультировал свою старую знакомую, а перед глазами проплывали картины прошлой жизни и несросшейся любви.

Когда Наташка сказала, что работает с ним на одной кафедре, я подумала, что она шутит. Мы сидели за праздничным столом, на котором уже мало что оставалось и, разделившись на компании, беседовали каждый о своём. Наташка рассказала, что он кандидат юридических наук, доцент, и она лично присутствовала на его защите и поздравляла его с успехом. На защите он сражался, как лев, и не оставил своим оппонентам никаких шансов. Ещё тогда я решила ему позвонить и спросить об аспирантуре для Ниночки. Мы разговаривали целый час. Он признался, что был влюблён в меня, долго расспрашивал о семье, подробно отвечал на вопросы. Как хочется увидеть его… Зачем? Вряд ли он поможет дочери. Да и надо ли ворошить прошлое? Я оставила ему телефон мамы. Может быть, он позвонит? А для чего ему это надо? Он, что не знает стихи Юлии Друниной:

Не встречайтесь с первою любовью,

Пусть она останется такой —

Острым счастьем, или острой болью,

Или песней, смолкшей за рекой.

Не тянитесь к прошлому, не стоит-

Все иным покажется сейчас…

Пусть хотя бы самое святое

Неизменным остается в нас.

Я сомневался: звонить или не звонить её матери? Хочу ли я увидеться с Галей или нет? Я был женат уже двадцать четыре года. Наша семья своим счастьем походила на все несчастные советские семьи. Мы часто ссорились, скандалили, дулись друг на друга, потом мирились. В общем, как в каждой обычной семье, где нет взаимопонимания. У меня нежные чувства к Милочке пропали очень быстро после женитьбы. У неё держались подольше, но мои измены, и наши семейные битвы вскоре заставили её замкнуться в себе и обратить свою любовь на детей. Хотя она говорила, что любит меня, но я видел, что это говорится по инерции. Она была вся в работе. Руководила небольшим коллективом швейной мастерской. Я гулял с разными женщинами: незамужними, замужними и разведёнными. Но только несколько раз испытал похожее на то, что было у меня с Галей. В наших отношениях преобладали телесные радости. Хотя эти женщины вызывали во мне и другие удивительные переживания, ни с кем из них я не решился связать свою судьбу. Дети для меня были превыше всего.

Моя семейная жизнь сложилась неудачно. Мужчины, которых я выбирала, оказывались ненадёжными. Первый муж был моложе и бросил нас с шестилетней Ниночкой. Со вторым мы прожили десять лет, и я ушла от него, когда Насте исполнилось три года, потому что он сильно пил. С третьим мужем мы почти не живём: он постоянно в разъездах и командировках. Почему так получилось?

Зря я согласилась на эту встречу. Иван смотрел на меня презрительно. Он заказал бутылку красного вина, которую мы быстро прикончили, чтобы скрыть то и дело возникающую неловкость. Он неплохо сохранился для своих лет. Но всё же седина уже тронула виски, намечался пивной животик, тёмные очки скрывали морщины у глаз. Он ещё молодился и был в джинсах и модной молодёжной рубашке. Но где мой милый славный котёнок, который так обожал меня? От Ивана Александровича веяло холодом, безразличием, отрешённостью и дорогим одеколоном.

А ветка черёмухи за моим балконом грустно склонилась в низком поклоне и её запах, терпкий и одинокий, тихо струился печальной, едва заметной волной.

Первый опыт

В драке, братцы, есть всегда одно правило.

Обижают слабого – заступись, тут и

раздумывать нечего. Сам с кулаками

в морду ни к кому не лезь, не уподобляйся

скотине. Но если тронули – бей! Бей так, чтобы

никому не повадно было поднимать на тебя руку.

– Да-вай! Да-вай!! – надрывается зал.

– Паш-ка! Паш-ка! – дружно скандируют девчонки из 10 «б».

Идут последние секунды матча на первенство школы по баскетболу между десятыми классами. Счёт равный. Павел ведёт мяч. Чтобы попасть под корзину противника нужно обойти ещё двух защитников. Это Иванов и Слюнченко. Павел делает ложный выпад в сторону, обманывает Иванова и ведёт оранжевый шарик прямо на Слюнченко. Вот мяч в руках Павла. Два шага, прыжок, рядом падает Слюнченко, и мяч точно ложится в корзину ашников. Свисток! Матч окончен!

В зале стоит оглушительный ор. Девчонки обнимают улыбающегося Пашку. Члены команды сдержанно жмут руки. Ашники относят на руках Слюнченко в раздевалку и что-то пытаются доказать судье.

Павел выходит на школьное крыльцо. На плече у него висят кеды. В темноте видны огоньки от сигарет, очертания нескольких групп подростков, слышен смех. К герою дня подходит прихрамывающий Слюнченко. Медленно растягивая слова цедит:

– Ты чё так грубо играл? – и резко бьёт Павла кулаком в челюсть. Пашка отвечает правой по его физиономии. И тут же на Павла со всех сторон сыпятся удары. Из глаз летят искры. Он машет своими длинными руками. Кеды падают на землю. Но уже не до них. Страх мощной волной пронизывает всё его существо, липким потом стекает по спине, вибрирует в животе. «Повалят, запинают», – молнией проносится в его мозгу. По-бычьи нагнув голову, он головой, как тараном, пробивает себе дорогу и делает резкий рывок к школьной калитке. Вслед несутся крики и слышен топот ног. За оградой он выскакивает на дорогу и изо всех сил несётся к своему дому. Поначалу его пытаются преследовать, но вскоре понимают, что это бесполезно. Пашка – неоднократный чемпион района по кроссу.

Во дворе дома, на крыльце, Павел успокаивает дыхание и плачет от обиды, стыда и злости. Хозяйки нет дома. И он один на один со своим позором. Только недавно он переехал на новую квартиру от своей тётки. Там ему жилось несладко. В доме пьянствовали. Собирались какие-то алкаши. Есть было нечего, кроме картошки. Уроки делать тоже невозможно. Постоянно в доме вспыхивали скандалы и драки тетки со своей дочерью и постояльцами.

Он уже не раз пожалел, что переехал от родителей из деревни в райцентр. Восемь классов закончил в селе со всеми пятёрками кроме четверки по немецкому. Помимо хорошей учёбы, у него неплохо получалось играть в шахматы и выступать на различных соревнованиях за честь школы. Не раз привозил в школу дипломы и грамоты. Он побеждал в пионерском четырёхборье, в беге, прыжках в длину, высоту и ходьбе на лыжах.

Тренеры из районной спортшколы всегда очень ласково и внимательно относились к одарённому мальчишке. Это они заронили в сознание Пашки мечту о серьёзных занятиях спортом. В деревенской школе Павла, к концу восьмого класса без его желания, выбрали секретарём комсомольской организации. Что называется, без меня меня женили. Ему очень не нравилась эта должность, и он мучительно раздумывал, как бы скинуть с себя эту обузу. После поездки в лагерь комсомольского актива и участия в областной спартакиаде он решает переехать в райцентр.

– Буду учиться в школе, заниматься спортом, жить у тётки, а после десятого класса поступлю в институт физкультуры, – сказал он матери. Мать категорически против. Директор школы безуспешно пытался отговорить одного из лучших учеников школы. Но Павел непреклонен. Один отец не отговаривал Пашку. Ему под хмельком не до сына.

И вот с первого сентября Павел стал учиться в школе райцентра. А к родителям ездил по воскресеньям на автобусе за пятьдесят километров.

Вечером, лёжа на кровати, он рисует в своем воображении страшные картины мести. Вот он подкарауливает Слюнченко после школы и металлической трубой избивает до полусмерти. Поверженный враг корчится в предсмертных судорогах и истекает кровью. По другой версии сначала выясняет, где живёт гад, а затем ночью с бутылкой бензина пробирается к дому и поджигает ненавистное гнездо недруга. Бальзамом на сердце являются видения, как всё семейство Слюнченко в одних подштаниках носится вокруг полыхающего дома. Себя Пашка представляет то Сергеем Тюлениным, то Олегом Кошевым.